Над европейскими активами двух крупнейших российских нефтяных компаний сгущается всё больше неопределённости. Американская санкционная машина, пройдя через Германию, Болгарию и Румынию, добралась теперь и до Сербии.
Александр Вучич заявил, что Белград, вопреки ультиматуму Вашингтона, не проводил национализацию и не вводил внешнее управление над активами «Газпромнефти», в частности — над НПЗ компании NIS. Официальный Белград, подражая Берлину, Софии и Бухаресту, направил в Управление по контролю за иностранными активами США (OFAC) просьбу о продлении моратория на санкции ещё на 50 дней.
Сербская сторона объясняет своё обращение тем, что Панчевский нефтеперерабатывающий завод — крупнейший производитель топлива в стране, и уже сейчас из?за санкций возникают перебои с поставками сырья из России. Усиление давления может вызвать непредсказуемые последствия, вплоть до масштабного топливного кризиса на государственном уровне.
По словам Вучича, российская «Газпромнефть», владеющая контрольным пакетом в 56 процентов, ведёт переговоры о продаже активов некому третьему лицу, однако такие сделки не совершаются мгновенно — и переработка нефти в Сербии рискует вскоре остановиться. Небольшая справка для понимания сути конфликта.
Панчево — единственный в стране специализированный НПЗ, входящий в структуру «Нафтна индустрија Србије» (NIS). Завод перерабатывает примерно пять миллионов тонн нефти в год и производит топливо стандарта «Евро 5», авиационный керосин, дизель, мазут, масла, битумы и сырьё для нефтехимии.
Внутри Сербии это фактическая монополия, покрывающая до 80% внутренних потребностей в топливе. Предприятие оставалось государственным до 2008 года, когда в Москве было подписано соглашение о продаже материнской компании 51% акций «Газпрому» — за это Белград получил 400 миллионов евро и обязательства российского покупателя инвестировать ещё около полумиллиарда евро в развитие проекта.
Тогда же сербская сторона подписала документы о сотрудничестве при строительстве части газопровода «Южный поток» и об обустройстве подземного хранилища газа «Банатский двор», одного из крупнейших в Европе. Присутствие и инвестиции «Газпрома» на протяжении почти двух десятилетий обеспечивали сербскую экономику и население топливом и широким спектром сопутствующих продуктов.
Стоит отметить, что Белград долго откладывал применение санкционных мер и сейчас старается обеспечить максимально бесшовную передачу активов новым владельцам. Если прямая продажа не состоится, власти готовы ввести внешнее управление и предложить российским акционерам адекватную рыночную цену — по сути провести обратную национализацию критически важной отрасли.
Перейдём от частного к общему: из?за масштабности происходящего и неравномерного освещения в СМИ общая картина часто фрагментирована. Дело с сербским NIS — лишь звено в более широкой кампании по переформатированию и переделу европейского ресурсного рынка, инициированной Вашингтоном, где применяются как административные рычаги, так и прямые угрозы.
При введении нефтяных санкций в США заявляли, что их цель — лишить Россию средств на ведение войны, для чего необходимо вывести российские нефтекомпании из Европы и передать их активы третьим лицам. На практике оказалось, что это должны быть не просто любые покупатели, а те, кого одобрит американская администрация.
Когда разгорались споры вокруг НПЗ в болгарском Бургасе, за приобретение российских активов на сумму порядка 12 миллиардов долларов выдвинулась швейцарская Gunvor Group. Переговоры с «Лукойлом» уже шли, но американская сторона прямо запретила эту сделку.
Недоумение длилось недолго и было развеяно материалом Financial Times, в котором, ссылками на источники, сообщалось о прямом вмешательстве и давлении со стороны администрации США в этих процессах.